Вот и для меня тоже, самое сложное это поиск видео, если это конкретный сериал и есть серии то еще нормально, хотя тоже еще надо вспомнить что в какой серии было. А вот процесс монтирования видео мне нравится

Я тоже планирую сделать видео на гл.пару этого сериала

А в какой ты проге работаешь?

3 серия

– Что ты тут делаешь, Моника?!
– Ох, дорогая, как же ты меня напугала! – резко вздрогнув, обернулась Моника. Одну руку она держала за спиной, а на её лице застыла натянутая улыбка. – Знаешь, во всей этой суматохе я совершенно забыла тут… свою сумочку. Вот же она.
На небольшом кресле у стены действительно лежала изящная вечерняя сумочка. Моника наклонилась, её движение было быстрым и ловким, и в этот миг что-то мелкое и блеснувшее исчезло внутри. Она тут же выпрямилась, держа аксессуар уже в руках.
– Зря ты сюда пришла, сумочку можно было забрать и позже, – сказала Эстер, её взгляд был пристальным и полным невысказанного сомнения.
– Да, конечно, но… у меня астма, – тут же нашлась Моника, легонько постукивая сумочкой по ладони. – А лекарство как раз внутри. От всех этих потрясений боюсь, как бы приступ не начался. Нам всем сейчас только этого и не хватает.
– Ты права… – голос Эстер смягчился, но глаза не отпускали другую женщину. – Извини, что так подозрительно, просто…
Её взгляд невольно скользнул туда, где на полу под покрывалом всё ещё угадывались очертания тела Мартина. В этот момент у парадного входа гулко прозвенел звонок, и послышались сдержанные, но твёрдые голоса.
– Это полиция, – прошептала Эстер, и её лицо вновь стало маской хозяйки дома. – Пойдём отсюда. Сейчас.

****
Прибывших полицейских проводили в гостиную, превращённую в место преступления. Эксперты в белых комбинезонах, осторожно двигаясь, осматривали каждую деталь: паркет с тёмным пятном, пустой стакан на столике, положение тела. Следователь в соседней комнате пытался получить хоть какие-то связные показания от шокированных гостей.
Андрес, едва переступив порог, сразу направился к центру событий. Его взгляд был холодным сканером, отмечающим всё.
– Матеос, что по предварительным данным?
– Думаю, классика, – пожал плечами судмедэксперт, снимая перчатки. – Несчастный случай на почве излишнего драматизма и алкоголя. Проведу, конечно, все анализы, но вряд ли они что-то изменят. Золотая молодёжь, игры в русскую рулетку… бывает.
– Оружие где?
– Револьвер уже упаковали как вещдок. Вот не повезло парню, – Матеос обвёл комнату жестом. – Одна пуля… ну, знаешь, как говорят, кто во что играет.
– Результаты всех экспертиз – сразу мне. Я беру это дело в разработку, – твёрдо заявил Андрес.
– Как скажешь, – пожал плечами Матеос, привыкший к его напористости.
– Андрес.
Голос заставил его обернуться. Герардо стоял в дверях, его лицо выражало беспокойство.
– Ты тоже здесь? – спросил Андрес, но это был риторический вопрос.
– Конечно, приехал с группой, – Герардо опустил голос, отводя его в сторону. – Здесь замешаны очень влиятельные люди, Андрес. Мне нужно быть уверенным, что ты не наломаешь дров сгоряча. Работаем строго по протоколу.
– Свидетелей уже опросили?
– Попытались. Все в глубоком шоке. У женщин начинается истерика при одном упоминании. Думаю, целесообразнее перенести детальные допросы на завтра, когда первые эмоции схлынут.
– А ты сам что обо всём этом думаешь? – пристально посмотрел на него Андрес.
– Пока рано строить теории, сынок, – Герардо похлопал его по плечу, но в его глазах читалась осторожность. – Пока рано.
– Извините, вы здесь главный?
Голос, ровный и властный, раздался у них за спиной. Маурисио Руис стоял в проёме двери. Его костюм был безупречен, но тени под глазами выдавали напряжение.
– Да. Герардо Кампос, – начальник сделал шаг вперёд, протягивая руку.
– Маурисио Руис, – тот пожал её с привычной, уверенной силой. – Я бы хотел, чтобы вы как можно скорее завершили здесь все процедуры. Родители Мартина… им тяжело. Да и гостям пора дать возможность разъехаться.
– Мы уже закончили, – резко, почти грубо перебил его Андрес. Не глядя на Маурисио и даже не кивнув Герардо, он развернулся и вышел из комнаты, оставив за собой тяжёлую паузу.
Герардо только тяжело вздохнул, покачав головой вслед уходящей спине. Маурисио же проводил Андреса оценивающим, холодным взглядом, в котором мелькнуло что-то похожее на понимание – и презрение.

****
После того как тело увезли, а полиция закончила осмотр, гости поспешно разъехались, стараясь поскорее стереть из памяти эту ночь. В опустевшем особняке осталась лишь гнетущая тишина, пропитанная запахом несбывшихся надежд и пороха.
Войдя в свою квартиру, Моника с облегчением закрыла дверь, но тут же замерла. Из гостиной лился свет. В воздухе витало дорогое виски и запах её терпения, которое было на исходе.
– Сколько раз я просила не приходить, когда меня нет?! – с шипящей яростью бросила она, входя в комнату.
На диване, развалясь с бокалом в руке, полулежал её брат, Родриго.
– Да ладно тебе, я же знал, что тебя нет, – он икнул, и на его губе заплясала язвительная усмешка. – А значит, нет и твоего благоверного, которого ты так панически боишься. Кстати, что-то ты задержалась. Я думал, ты ненавидишь эти светские званые вечера.
– Это тебя не касается.
– Фу, как грубо, – притворно закатил глаза Родриго. – Конечно, понимаю… Высшее общество, запах денег и власти. И вот мы уже мним себя королевой! Не рановато ли?
– Убирайся отсюда! – окончательно выйдя из себя, Моника бросилась к нему.
– Я бы на твоём месте был со мной повежливее, – с внезапной злостью парировал он, хватая её за руку так, что пальцы впились в кожу.
– Что тебе нужно? – сквозь зубы спросила она, отступая.
– А ты разве не понимаешь? – сладко улыбнулся Родриго.
– Денег? – ухмыльнулась Моника.
– Именно! Ты всегда была очень догадлива, сестрёнка!
– А кто сказал, что я тебе их дам?
– Ну, сестрёнка, так дело не пойдёт, – надул он губы, изображая обиду. – Неужели ты откажешь любимому братику? Или ты забыла, что я единственный, кто знает о тебе всю правду? – злоба в его голосе стала откровенной. – Запомни, Моника, если я открою рот, то твой мирок из хрусталя и лжи разлетится вдребезги.
– Я знаю, – тихо, почти беззвучно, сказала она. – Сколько?
– Вот это другое дело! – он хлопнул её по спине и налил себе ещё виски. – Думаю, тысяч пятьдесят для начала хватит. Знаешь, я тут решил пожить в столице. Присмотрел одну квартирку в центре… правда, цены тут кусаются, не то что в нашей провинциальной дыре.
– С чего это ты вдруг решил перебраться? Неужели в Пуэбле кончились богатые вдовушки? – язвительно поинтересовалась Моника.
– Они мне надоели. Да и размах не тот. Хочется большего.
– А эта твоя… как её… Анжела?
– Анхелина, – поправил он с напускным укором. – Ты никогда не могла запомнить её имя.
– Неважно. Неужели она, наконец, поняла, что ты за ничтожество, и выгнала тебя? – злорадствовала Моника.
– Нет, эта дура до сих пор влюблена по уши. Даже замуж позвала! Представляешь? – он засмеялся, громко и неприятно.
– И ты, конечно, сбежал, оставив её рыдать в подушку.
– Что ты! Всё было очень трогательно. Наша любовь была крепка, как «Титаник», но, увы, столкнулась с айсбергом быта и классового неравенства. В общем, arrivederci, au revoir и всё в том же духе.
– Ты отвратителен, – с презрением выдохнула Моника.
– И что? Ты, сестричка, от меня недалеко ушла, – пожал он плечами. – Но сейчас не об этом. Так когда деньги? Они мне срочно нужны…
– Завтра. Ты их получишь. А теперь – убирайся.
– Ладно, до завтра, сестричка! – весело бросил он, допив виски и направляясь к выходу.
Дверь захлопнулась. Моника осталась одна в тишине, которую нарушало лишь тиканье напольных часов.
– Идиот, – тихо прошептала она в пустоту, но в её глазах, помимо злости, мелькнул и страх. Страх перед человеком, который знал её слишком хорошо и мог в любой момент разрушить всё, что она так тщательно строила.

****

На следующее утро Кристина тихо заглянула в комнату Оливии. Та уже не спала. Оливия сидела, поджав ноги, на широком подоконнике и смотрела в окно. Её взгляд был пустым и устремлённым куда-то вдаль, за пределы огромного парка Чапультепек, будто пытаясь найти в утреннем тумане ответы на вчерашние вопросы.
– Ну как ты? – мягко спросила Кристина, подходя и нежно погладив подругу по растрёпанным волосам.
– Нормально, – автоматически ответила Оливия, и сама поморщилась от этой беспомощной, ничего не значащей фразы. Голос её звучал глухо, осипший от слёз и бессонницы.
– Эстер зовёт завтракать. Или сказать, чтобы подняли тебе наверх? – предложила Кристина.
– Я не хочу есть… Хотя… – Оливия тяжело вздохнула, сжимая пальцы на коленях. – Спорить с мамой у меня сейчас нет никаких сил. Пожалуй, лучше спуститься.
В её словах прозвучала не просто усталость, а полная капитуляция перед необходимостью снова надеть маску благополучия, войти в роль дочери из образцовой семьи, где за завтраком будут обсуждать не вчерашнюю смерть, а, возможно, погоду или светские новости. Поднявшись с подоконника, она почувствовала, как всё тело ноет от напряжения и недвижимости прошлой ночи. Каждый шаг в сторону двери давался с усилием, будто она шла не на завтрак, а на очередное, молчаливое сражение.

****
– Веро, ну где ты? – нетерпеливо спросил Андрес, поправляя ремень на запястье. – Почему женщины вечно копаются?!
– Я уже почти готова! – донёсся сверху её голос, заглушаемый шумом бегающих ног и жующий бутерброд звук.
– Ты даже не дал ей нормально позавтракать, – укоризненно заметил Габриэль, следя за суетой из-за газеты.
– Если бы наша «ранняя пташка» вставала по будильнику, ей не пришлось бы так носиться, – парировал Андрес, но в его тоне не было злости.
– На, держи, это самое главное! – Вероника слетела вниз, запихивая ему в руки аккуратно упакованный холст.
– Что это?
– Как что?! Моя конкурсная работа!
– Понятно, – кивнул Андрес. – А учебники по французскому взяла?
– Ах, нет, забыла! Сейчас принесу! – она развернулась и помчалась обратно по лестнице.
Андрес только покачал головой, но в уголках его губ дрогнула улыбка.
– Ну, как вчера прошло? – воспользовавшись моментом, тихо спросил Габриэль, откладывая газету. – Ты вернулся поздно и выглядел… подавленным.
– Пока ничего конкретного, – Андрес отвернулся, глядя в окно. – Но знаешь, дядя… Противно смотреть, как все перед ним прогибаются. Даже Герардо, мой начальник, боится лишнее слово сказать. От этого ненависть к Руису только растёт. Кажется, он вездесущ, и у него на всех есть рычаги.
Габриэль хотел что-то ответить, но в этот момент Вероника уже спускалась, нагруженная книгами.
– Ну всё, теперь точно пошли!
– Удачи вам, – сказал Габриэль, поднимаясь.
– До вечера, дядя! – Вероника на ходу чмокнула его в щёку и выпорхнула за дверь.
Андрес кивнул на прощание, его лицо вновь стало сосредоточенным. Впереди был не только конкурс сестры, но и долгий день, полный вопросов, на которые ему срочно нужны были ответы.

****
В доме Руизов завтрак проходил в гнетущем молчании. Семья расселась за длинным столом, но никто, казалось, не притрагивался к еде. Только тихий звон серебряных приборов о фарфор нарушал тишину. Её первым прервал Маурисио, до этого погружённый в чтение утренней газеты.
– Эти гончие псы уже всё разнюхали, – прошипел он, и его голос прозвучал громко, как выстрел в тишине. Он швырнул газету на пол, где заголовок первой полосы кричал о самоубийстве жениха дочери банкира. – На первой полосе! «Трагедия в доме Руисов»!
– А чего ты ожидал? – спокойно, почти отстранённо заметила Эстер, не отрывая взгляда от своей чашки. – Естественно, это станут обсуждать. И ещё долго будут.
– Нет, уж это я допустить не могу. Я не позволю, чтобы моё имя поливали грязью в каждой газетёнке. Сейчас же позвоню Ольваро, он уладит этот вопрос, – уже доставая телефон, решительно заявил Маурисио.
– Нам нужно помочь Агате и Хорхе с похоронами, – тихо, но чётко сказала Оливия. Её голос прозвучал неожиданно твёрдо.
– Да, конечно, но не думаю, что это будет скоро, – недовольно поморщился Маурисио. – В полиции намекнули, что собираются проводить расследование. Кстати, сегодня всех нас вызывают в участок для дачи показаний.
– Зачем? – встрепенулась Эстер. – Они что, решили окончательно добить бедных Агату и Хорхе? На них и без того страшно смотреть.
– Вчера следователь хотел опросить всех сразу, но все были в шоке. Я настоял на переносе. Так что теперь – официальный вызов, – пояснил Маурисио, и в его голосе прозвучало привычное высокомерие, смешанное с раздражением.
– Ладно, мне уже пора ехать на студию, – поднялась Кристина, стараясь разрядить обстановку. – А после заеду в участок, если, конечно, мои показания ещё кому-то нужны. Извините.
– Я поеду с Кристиной, – тут же встала Оливия, следуя за подругой как за спасательным кругом.
– Дочка, может, лучше остаться сегодня дома? – в голосе Эстер прозвучала редкая, но беспомощная нотка заботы.
– Нет… Если я останусь, то просто сойду с ума от всех этих мыслей, – твёрдо ответила Оливия. – К тому же… мне тоже важно понять, что на самом деле произошло.
– Это правильно, дорогая, – неожиданно её поддержал Маурисио, откладывая телефон. Его взгляд стал расчётливым. – Если мы сейчас начнём от них прятаться, они решат, что нам есть что скрывать. Надо выйти из этой ситуации с достоинством и закрыть её как можно быстрее. Я тоже наведаюсь в участок. Ещё не хватало, чтобы какой-нибудь идиот из гостей разболтал лишнее перед журналистами.
– Да, дорогой, ты прав, – кивнула Эстер, её лицо вновь стало маской спокойствия. – Огласка нам сейчас ни к чему. Хватит и этой дурацкой заметки.

****
Андрес тем временем притормозил у массивных ворот колледжа, где уже толпились взволнованные абитуриенты с папками и холстами.
– Удачи тебе, дорогая, – сказал он, поворачиваясь к сестре. Его взгляд стал мягче. – И пожалуйста, забудь мои вчерашние слова. Я правда верю в тебя. И очень люблю.
Он наклонился и поцеловал её в лоб — быстрый, тёплый, братский поцелуй.
– Я знаю, – Вероника мягко улыбнулась, и в её глазах светилась вся та детская нежность, которую она берегла только для него. – Я тоже тебя люблю. Обещаю, всё будет хорошо.
– Ну ладно, ладно, хватит сантиментов, – с напускной суровостью буркнул Андрес, но улыбка выдавала его. – Давай, лети, а то твой вдохновитель-парижанин начнёт конкурс без своей главной звёздочки.
– До вечера! – крикнула Вероника, уже выскакивая из машины и помахав ему рукой.
Она едва успела присоединиться к толпе, как услышала знакомый голос:
– Вероника! Ну, сколько можно тебя ждать? Я тут уже все муравьиные тропы протоптала!
– Прости, Рокси, немного задержалась, – засмеялась Вероника, обнимая подругу.
– Как всегда! – фыркнула та, но тут же взяла её под руку. – Ладно, прощаю. Побежали, а то и правда всё начнётся без нас!
И они, смеясь, растворились в потоке молодых, полных надежд людей, оставив Андреса одного в машине. Он ещё секунду смотрел им вслед, и на его лице на мгновение мелькнуло выражение глубочайшей нежности, прежде чем оно вновь застыло в привычной, сосредоточенной маске. Впереди был участок, расследование и тяжёлый разговор с людьми, которых он ненавидел всей душой.

****
Кристина и Оливия молча ехали в студию. Кристина отчаянно пыталась заполнить тишину лёгкими разговорами, но Оливия лишь монотонно кивала или смотрела в окно, погружённая в свои мысли. Настроение у неё было такое, словно за ней тянулся невидимый шлейф вчерашней трагедии.
В студии появление Оливии вызвало шепоток и удивлённые взгляды. Сотрудники перешёптывались за углами: «Зачем она приехала? После такого-то…»
Оливия, не обращая внимания на пересуды, собрала в своём кабинете экстренное совещание. Когда в комнату вошли она, Инрике и Кристина, все мгновенно замолчали.
– Добрый день, – начала Оливия, и её голос, чуть осипший, звучал непривычно твёрдо. – Я собрала вас, чтобы все чётко понимали: то, что произошло вчера, не останавливает нашу работу. Мы продолжаем в прежнем режиме. Я не собираюсь откладывать запуск проекта, над которым мы трудились все эти месяцы. Завтра, как и планировалось, состоится пресс-конференция, посвящённая его старту.
В комнате повисла напряжённая тишина. Сотрудники переглядывались, но никто не осмелился задать вопрос или возразить. Удовлетворённая реакцией, Оливия кивнула:
– Если всем всё ясно, можете приступать к своим обязанностям.
Люди молча поднялись и стали расходиться, обмениваясь красноречивыми взглядами. В кабинете остались только трое.
– Оливия, может, не стоит так торопиться? – осторожно начал Инрике. – Ты ещё в шоке, это естественно. Работа – это хорошо, но… люди бывают жестоки в своих суждениях и сплетнях.
– Инрике прав, – поддержала Кристина. – Могут пойти не самые приятные слухи…
– Мне всё равно, – отрезала Оливия, и в её глазах вспыхнул стальной блеск. – Я не собираюсь ни от кого прятаться. Мне нечего скрывать и нечего стыдиться. Пресс-конференция состоится завтра. Точка.
Инрике и Кристина поняли, что сейчас спорить бесполезно.
– Хорошо, – вздохнул Инрике. – Если всё решено, тогда я поеду в участок, – объявила Оливия, беря сумку. Она вышла, оставив за собой ощущение ледяной решимости.
– Я никогда не видел её такой, – тихо произнёс Инрике, глядя на закрытую дверь.
– После вчерашнего это неудивительно, – ответила Кристина.
– А ты чем планируешь заняться?
– О чёрт, я совсем забыла про конкурс! – спохватилась Кристина, хлопнув себя по лбу.
– Какой конкурс? – удивился Инрике.
– Энрике Лизальде проводит отбор в свою школу искусств!
– Кристина, ты неисправима, – покачал головой Инрике. – Я думал, ты уже оставила эту идею.
– Конечно, нет! Если я что-то задумала, то обязательно доведу до конца.
– И где ты возьмёшь работу? Прости, дорогая, но рисовать ты не умеешь. Твои деревья ещё со студенческих времён больше напоминали коряги. А Лизальде – человек серьёзный, он будет отбирать лучших.
– Я уже всё продумала! – с торжеством воскликнула Кристина и извлекла из чехла небольшую, но изящную картину в раме.
– Где ты это взяла? – насторожился Инрике.
– Ну, некоторое время назад я встречалась с одним начинающим художником… ничего серьёзного, – махнула она рукой. – Так вот, он засыпал меня своими работами. Вчера порылась на чердаке и нашла вот это.
– Ты хочешь выдать чужую работу за свою? – спросил Инрике с неодобрением.
– Почему сразу «выдать»? Я просто выставлю её на конкурс. Выиграю, а потом все забудут, откуда она взялась. Вот и всё.
– Допустим, ты победишь. А что дальше? Начнутся занятия, и Лизальде сразу поймёт, что ты его обманула!
– К тому времени, как он это поймёт, по моему плану он уже будет по уши влюблён в меня и, конечно, всё простит, – беспечно заявила Кристина, поправляя причёску. – Ладно, мне некогда, я и так опаздываю!
Она стремительно вышла из кабинета. Инрике остался один, лишь скептически покачав головой вслед своей амбициозной и безрассудной подруге.

****
Андрес, прибыв в участок, немедленно запросил отчёты экспертов по вчерашнему происшествию. Едва он успел развернуть первую папку, как в дверь осторожно постучали.
– Да, войдите, – бросил он, не отрывая глаз от документов.
Дверь приоткрылась. На пороге, словно нерешительная тень, стояла Оливия. Она провела у его двери несколько долгих минут, собираясь с духом, пока один из проходивших мимо сотрудников не бросил на неё недоуменный взгляд. Это и заставило её наконец войти.
– Здравствуйте… – её голос прозвучал тихо, с лёгкой запинкой.
Андрес поднял глаза от бумаг. Его взгляд – холодный, оценивающий, привыкший мгновенно сканировать людей – встретился с её взглядом. Оливия невольно смутилась под этим пристальным изучением и, пытаясь скрыть нервозность, неуверенно улыбнулась. Это была странная улыбка — в ней смешались вежливость, печаль и отголоски вчерашнего шока.

Отредактировано Francisca (07.02.2026 13:52)

4 серия

- Добрый день – улыбнулся ей в ответ Андрес – Что Вас ко мне привело?
- Меня зовут Оливия Руиз – после этих слов Андрес улыбаться перестал и нахмурился, волновавшаяся Оливия продолжила кажется не заметив этого – вчера вечером, на помолвке... – вздохнула она - ...погиб мой жених, я была так шокирована, что не смогла внятно поговорить с полицейским, который проводил допрос. Но теперь....теперь, я готова ответить на все ваши вопросы.
- Что ж, я рад, что вы сами пришли, обычно нам приходится по десять раз высылать повестки, прежде чем нас все-таки удостоят вниманием – не мог сдержать внезапно нахлынувшего раздражения Андрес
- Можно я присяду? – беспомощно спросила Оливия, заранее понимая, что ничего хорошего от этого разговора ждать, не приходится
- Ну, разумеется – ехидно улыбнулся Андрес и, подождав, когда девушка сядет, продолжил – И так с чего бы нам начать – весело сказал он, но не смотря на легкомысленность тона, глаза его были холодны и жестки – предлагаю Вам рассказать все эту историю со своей точки зрения, в своем видении если хотите
- Я не понимаю – Оливия в растерянности смотрела на него
- Знаете ли, я тут услышал вашу историю, про детскую помолвку, первую любовь и т.д. Вот мне интересно, неужели действительно возможно полюбить человека, которого тебе навязали?!
- Мне никто не навязывал Мартина – немедленно вспыхнула Оливия – и да, я действительно любила его
- Да неужели – злорадно ухмыльнулся Андрес, довольный тем, что ему удалось выбить ее из состояния равновесия – т.е. за все эти 10-12 лет уж простите, я не столь глубоко изучил вашу биографию. – Улыбнувшись, развел он руками. –  Вы что же ни разу не усомнились в своем чувстве?
- К чему вы клоните? – нахмурилась девушка
- Я все понимаю, Вы молодая привлекательная девушка, думаю имеющая достаточное количество поклонников, неужели не одному мужчине не удалось вскружить вам голову?!
- Конечно, нет – все больше злилась девушка
- А быть может все-таки да? – продолжал он гнуть свою линию – и вот сомнение и конечно страх, зная и понимая последствия, которые непременно последовали бы скажи вы жениху и тем более семьям о том, что передумали, и тогда логичнее было бы изб...

- Хватит – закричала Оливия – я поняла, к чему вы ведете, хотите сказать, что я передумала выходить замуж и решила убить Мартина?! Но это же безумие! Я любила Мартина! Любила! Но вам, судя по всему, этого не понять.... – С этими словами Оливия решительно вышла из кабинета.
Выйдя, девушка не выдержала и разрыдалась, ей, на встречу шел Герардо
- С вами все в порядке?
- Все нормально...
- Может стакан воды? – предложил он
- Нет, спасибо – бросила на ходу Оливия
Герардо проводил ее взглядом, а потом, нахмурившись, вошел в кабинет Андреса.
- Почему эта девушка вышла от тебя в слезах? Что произошло?
- Это Оливия Руиз – злорадно сказал Андрес
- Понятно – вздохнул начальник – Андрес я же просил тебя держать себя в руках! Что ты ей наговорил?
- Ничего особенного, просто она избалованная, эгоистичная богачка, привыкшая, что перед ней все прогибаются раз она Руиз! Но я нет! – Андрес решительно встал и вышел из кабинета

А в это время в прекрасном Palacio de bellas artes (Дворец Изящных Искусств) перед открытием соей выставки и началом отбора учеников, Энирике  Лизальде  благодарил управляющую Луисану Бланко за возможность проведения мероприятия в таком значимом для Мехико и всех его жителей месте.

- Луисана, вы себе просто не представляете, как я вам благодарен – улыбнулся Энрике
- Ну, что вы для нас это тоже очень важное событие, знаете, в наше время люди уже перестают так интересоваться прекрасным как раньше. Но я надеюсь, что благодаря нашему сотрудничеству люди снова обратят внимание на искусство. Так что здесь я преследую и свои корыстные цели – засмеялась Луисана
- Я буду очень рад, если смогу вам помочь, хоть самую малость...
- Малость?! Да вы только взгляните – Луисана приоткрыла большую дверь, за которой находилась огромная галерея, заполненная молодыми людьми с холстами в руках. Они о чем-то оживленно беседовали, рассматривая работы друг друга.
Вероника и Раксана тем временем разместились, и теперь поддавшись всеобщему настрою, рассматривали работы окружающих.
- Рокси, я так волнуюсь!
- Почему? Да, тут много участников, но твоя работа не хуже! Поверь, ты очень талантлива и я думаю, Лизальде это заметит – успокаивала подругу Роксана
- Не знаю – вздохнула Вероника
- Ой, смотри, это же Кристина Сантандер! – восторженно воскликнула Роксана, указывая на вошедшую Кристину
- Кто это?
- Как?! Ты, что ее не знаешь? Это актриса, я обожаю ее после роли в сериале "Мечты Элены" там она играла главную героиню. 
- Красивая... - задумчиво произнесла Вероника – интересно, а что она тут делает? Неужели тоже решила поступать в школу?
- Я не слышала, чтобы она рисовала – пожала плечами Роксана
Кристина тем временем обвела взглядом галерею, прикидывая куда лучше сесть, чтобы быть наиболее заметной. Решила что лучшее место прямо перед небольшой сценой, на которой расположили небольшой стол и несколько работ художника.
Когда Энрике и Луисана вышли на сцену, все сразу притихли. Энрике поблагодарил всех за то, что пришли, и приступил к осмотру картин. Кристина и Вероника сидели на первых местах отделяемые друг от друга, местом для прохода и с восхищением наблюдали за художником. Энрике же не спеша, подходил к каждому участнику смотрел картину, и общался на различные темы, посвященные искусству. Когда же Энрике подошел к Кристине, она улыбнулась ему самой очаровательной улыбкой, какая только имелась у нее в арсенале. Однако мужчина казалось, даже не обратил на нее внимания, он сосредоточенно рассматривал картину.

- Сангина....как интересно – пробормотал Энрике, после его слов Кристина покосилась на картину, но решила воздержаться от комментариев – у вас очень интересная работа, она так выразительна, я бы даже сказал…характерна – нашел он подходящее слово -  если я не ошибаюсь, вы использовали эту технику в сочетании с углем?!
- Да....я....экспериментировала – начала выдумывать Кристина, в планы которой явно не входили дискуссии на эту тему
- Мне всегда нравилось это сочетание, знаете, в юности я даже устроил выставку работ вот именно такого содержания – заинтересованно рассматривая работу, продолжал Энрике – А кто на ней изображен? Этот мальчик, он вам знаком?
- Он сын моей подруги, я его очень люблю, вот и решила написать его портрет – сочиняла Кристина
- Да, я понимаю, вы, наверное....
- Энрике нам уже пора – поторопила заговорившегося художника Луисана
- Да, конечно, простите меня, если я увлекаюсь, то уже не могу остановиться – развел он руками и продолжил осмотр работ. Когда мужчина отошел, Кристина облегченно вздохнула, понимая, что еще бы чуть-чуть и был бы провал.
Обойдя всех Энрики наконец подошел к Веронике, которая все это время в нетерпении ёрзала на стуле
- Какая прелесть, это Венеция?
- Да – смущенно улыбнулась Вероника
- Знаете, я там был и даже написал работу, в которой изобразил Риальто
- Мне очень нравится эта работа – горячо подтвердила Вероника – и техника и игра цвета...!
- У вас очень хороший потенциал, правда – ласково сказал Энрике – Ну что же, думаю, я уже достаточно видел, и могу принять решение относительно будущих учеников. Вы все очень талантливы и по своему я горд, что у нас в стране столько одаренных людей, но к сожалению я не могу взять вас всех, так что как я и заявлял ранее, останутся только десять человек....

В доме Маццоне была мрачная траурная тишина, на фотографии старшего сына повязали черную ленту, и весь дом казалось, погрузился в уныние, даже прислуга старалась лишний раз не выходить из кухни. 
Хозяин, прейдя вечером домой закрылся в кабинете и не выходил оттуда. На просьбы сына, отвечал коротко "нет", а потом и вовсе закрылся изнутри. Агата напротив сидела в комнате Мартина рассматривала его детские фотографии и плакала. Пабло пытался успокоить родителей как мог, но каждый переживал горе по-своему и не внимал уговорам.
- Пабло, сынок как ты? – ласково гладя молодого человека по лицу, спросила Роза
- Нормально, но вот родители – вздохнул Пабло

- Дай им время, смерть ребенка самое страшное, что может случиться в жизни родителей.
- Да, я понимаю, мама скоро успокоится, но вот отец, я никогда его не видел таким, для меня он всегда был как скала…как не рушимая крепость, а теперь он кажется таким растерянным...раздавленным.... - Пабло отвел глаза, которые предательски наполнились слезами
- Хорхе очень переживает, но думаю скоро, он справится с этим...
- Пабло – раздался сзади голос Паулы
- Я, пожалуй, пойду – поморщилась Роза, которая всегда недолюбливала девушку – извините.
- Пабло, почему ты мне не звонишь? – капризно начала Паула
- Я думал, что ты еще злишься, и просто не хотел выслушивать упреки – грубо ответил молодой человек
- Да, я еще обижена, но мы планировали вместе пойти на выставку Энрике Лизальде....
- Паула... - задохнулся от возмущения Пабло – ты совсем ничего не понимаешь, да?!
- Пабло, не кричи! Да, я знаю, что вчера случилась ужасная трагедии, но надо жить дальше, к тому, откровенно говоря, у вас с братом были не самые близкие отношения.
Пабло хотел что-то сказать, но тут он увидел на втором этаже около лестнице мать
- Ладно, пошли – поспешил он увести Паулу, пока она не наговорила еще что-нибудь.

В это время во дворце Энрике заканчивал называть имена будущих учеников, но ни Кристины, ни Вероники среди них не было. Девушки уже не на шутку волновались.
- И последние 3 человека, которые будут учиться – все в напряжение смотрели на Лизальде – это  Вероника Гарсия, Франко Гонсалез и Кристина Сантандер.
Девушки ликовали, каждая в ощущении того, что желаемое и мечтаемое уже рядом.

После объявления, Энрике назначил следующую встречу уже непосредственно учениками на следующий день в парке Аламеда. Объяснив выбор места тем, что писать картины лучше с "живого" объекта.
Поняв, что больше пообщаться с ним наедине не удастся, Кристина поспешно уехала, ликуя о своей победе.
А в это время Пабло и Паула ехали на машине и как всегда спорили
- Паула, ты не выносима, ты просто невыносима – все сильнее злился Пабло – как можно быть такой...
- Пабло осторожно...- закричала Паула
- Вероника...- вскричала Роксана
Но было уже поздно, Вероника, не посмотрев по сторонам, уже ступила на проезжую часть...

5 серия

Визг тормозов, удар - все это случилось за считанные доли секунды. Пабло выскочил из машины и бросился к девушке
- Ты жива? Вызывайте скорую, срочно!
- Нет, не надо я думаю все в... - Вероника попыталась встать, но не удержалась на ногах, Пабло подхватил девушку
- Я отвезу тебя в больницу
- Я поеду с вами – подбежала испуганная Роксана
Пабло посмотрел на свою новенькую ауди родстер, о которой раньше так мечтал и теперь очень гордился. Но, в этот момент он больше всего мечтал исчезнуть от сюда, чтобы не было ни этого происшествия, ни даже этой машины. Но, взяв себя в руки, продолжил
- В моей машине только 2 пассажирских места так, что мы поедем в больницу вдвоем. Паула выходи!
- Что??? – взвизгнула Паула, которая до этого испугано, сидела в машине
- Паула нет времени. Выходи – потребовал Пабло
Недовольная Паула все-таки вышла из машины, Пабло аккуратно посадил Веронику и они уехали, провожаемые взволнованным взглядом Роксаны и негодующей Паулой.

После разговора с Герардо Андрес в самом скверном расположении духа зашел в кабинет к эксперту
- Матеос где отчет, почему я должен за всеми бегать?! Никто работать не хочет! – с порога начал ругаться Андрес
- Ты же еще с утра забрал его – невозмутимо пожал плечами патологоанатом
- Да, точно – злясь на себя, вздохнул Андрес – ладно, не важно. Что тебе удалось выяснить?
- Ну тут все довольно просто: Орудие – револьвер «смит-вессон» сорок пятого калибра. Входное отверстие расположено между шестым и седьмым ребрами. На выступающем, седьмом позвонке, расщепленном пулей; ширина примерно с 10 сентаво. Из иных видимых повреждений имеется шишка на дюйм правее макушки, очевидно произошедшая от конвульсионных ударов головой о пол уже после падения тела… Словом, картина вполне очевидна. Молодой человек держал оружие в левой руке, сильно вывернув кисть. Именно поэтому пулевой канал получился направленным вправо и кверху. Довольно странно – но, учитывая, как я понял, что оружие у него пытались отобрать это вполне возможно
- То есть ты хочешь сказать, что это несчастный случай
- Андрес, мое дело провести экспертизу, а строить догадки и гипотезы, это уже ваша работа
- Да, ты прав. Где его вещи? Я хочу их осмотреть
- Конечно, идем.

Они зашли в небольшую комнату, выкрашенную в белый цвет, с множеством шкафов, небольшим железным столом и тумбой, на которой лежали всевозможные железные инструменты.
- И так, он у нас под номером TM6983, ага вот – Матеос подошел к одному из шкафов и вынул оттуда несколько полиэтиленовых пакетов, в которых находились вещи убитого.
Андрес надев перчатки, приступил к осмотру вещей: Понюхал и поскреб револьвер на предмет копоти (имелась), проверил барабан (пусто). Отложил.
Занялся одеждой, сложенной в стопку и пронумерованной по предметам. На предмете №3 (пиджак) пониже левого нагрудного кармана виднелась дырка с обожженными краями, как и следовало при выстреле в упор. Сопоставил отверстие на пиджаке с отверстием на предмете №5 (жилетка), №6 (рубашка). Все совпало в точности. На рубашке и жилетке просматривались следы крови.
В это момент у Андреса зазвонил телефон
- Да
- Андрес, это Роксана
- Да, Роксана привет, что-то случилось?
- Веронику сбила машина, она сейчас в больнице – взволновано начала рассказывать девушка.
- В какой она больнице?
- На сколько я знаю в Angeles del Pedregal
- Хорошо я выезжаю. - Матеос, мне надо идти, потом договорим
- Да, конечно, я понимаю

Моника мирно завтракала, читая статью о вчерашнем происшествии
- Привет сестренка – раздался у нее за спиной голос Родриго
- Явился – презрительно фыркнула она, даже не повернув головы – кредитка на журнальном столике
- Ага, отлично – мужчина спрятал карточку в карман и сел напротив Моники – слушай, я тут подумал, может мне устроиться в твою корпорацию?
- Во-первых: Это не моя корпорация, а Хорхе Маццоне
- А во-вторых – ухмыльнулся он

- А во-вторых, с чего это ты решил поработать? Ты же от работы бегаешь как черт от ладана – язвила Моника, сверля его взглядом
- А кто сказал, что я собрался работать? Ты найдешь мне не пыльное местечко повыше и по денежнее, я буду подписывать какие-нибудь бумажки и получать за это деньги – мечтал он
- Да неужели – ехидно улыбнулась Моника
- А что такого?! Ты же выполняешь там примерно такую функцию
- Я, чтоб ты знал заместитель финансового директора, а так же имею определенное количество акций – неопределенно закончила Моника
- Ну, хоть что-то полезное от этого идиота Карлоса, - продолжал ерничать Родриго - надо сказать, ловко ты его…
- Тихо – шикнула на него Моника – взял кредитку  и пошел вон, некогда мне тут с тобой сидеть
- Ладно…ладно – поднял руки Родриго как бы сдаваясь – про работу ты подумай, или я опять за деньгами через несколько дней приду. У меня, знаешь ли, очень большие расходы – значительно закончил он
- Посмотрим...

- Инрике, у меня получилось – ликовала Кристина
- Да?!
- Конечно, неужели ты во мне сомневался?!
- Так значит, Лизальде ничего не заподозрил…? Хмм…ну допустим и что дальше?
- Ничего буду ходить на занятия, пока не добьюсь своего – пожала плечами Кристина и нахмурилась, вспомнив разговор в котором Энрике пытался у нее расспросить про технику – надо мне чего-нибудь о технике написания картин почитать…а то в другой раз может и не повезти – задумчиво говорила она, разглядывая работу
- Да уж не помешало бы
- Энрике, но ты бы его видел! Какой мужчина!!! – Кристина мечтательно закрыла глаза – какой голос, ласковый нежный я бы даже сказала бархатный, а взгляд!!!
- И это все ты успела рассмотреть и почувствовать за пару минут общения?! – Усмехнулся Инрике
- Да. Лизальде – мечта, а не мужчина! И он будет моим! – Она хотела сказать что-то еще, но в этот момент в кабинет фурией залетела Оливия


- Мерзавец! Да как он только смел так со мной так разговаривать?!
- Оливия, что случилось?
- На кого ты так ругаешься?
- Я только что была в участке, разговаривала со следователем. Вы себе не представляете, что он мне наговорил! На редкость наглый, заносчивый и высокомерный тип!
- Да, что случилось? Ты можешь толком объяснить?!
После рассказа Оливии, Инрики и Кристина переглянулись, но сказать ничего не успели т.к. в кабинет заглянула секретарь
- Сеньорита Оливия, звонит Альфонсо Батиста. Вы будите разговаривать?
- Да, спасибо. – Оливия устало взяла трубку, поговорив несколько минут, она удовлетворенно села в кресло и сама себе кивнула, казалось что-то решив.
- Завтра на премьере будет присутствовать один мой очень хороший друг, он недавно прибыл из штатов и теперь хочет посмотреть на наш проект
- Ты приглашаешь его в качестве будущего спонсора? Нам бы сейчас это не помешало  - заметил Инрике
- Я очень надеюсь, что ему понравится проект, и он вложит деньги – с нажимом сказала Оливия
- Оливия, почему ты не хочешь взять деньги у своего отца?
- Кристина, я уже сказала, что никогда этого не сделаю, я хочу сама всего добиться. Сама!

Приехав в больницу Андрес, не спрашивая, тут же направился в палату:
- Вероника, как ты? А с тобой я поговорю – грозно повернулся он к бледному Пабло, которому медсестра мерила давление и пульс
- Все в порядке Андрес не волнуйся
- Извините, я пытался затормозить....
- Я знаю, не волнуйся, ты не виноват – ласково улыбнулась Веро
- Не виноват?! Он чуть тебя не убил!
- Да, но я жива все хорошо
- Попрощайся с правами – продолжал злиться Андрес
Вошел врач
- И так Вероника, правильно? – улыбнулся он
- Да, но можно просто Веро
- Ну и история, как ты себя чувствуешь?
- Все хорошо...
- Ну что доктор? – в нетерпении спросил Андрес
- Травмы головы нет, здесь все в порядке, единственное сильный ушиб ноги, неделю, возможно две, будет больно наступать, да и я бы посоветовал не сильно ее напрягать.
- Конечно доктор, обязательно. Отныне я буду и возить, и забирать тебя сам!
- Ну, я думаю это лишнее, молодые люди и так сильно испугались не стоит их ругать – добродушно сказал доктор – а теперь прошу меня извинить, меня ждут пациенты. Выздоравливай Вероника.
- Спасибо...

Пока Андрес получал рекомендации от врача, Пабло воспользовавшись моментом, подошел к Веронике
- Прости меня – с запинкой начал он – я, правда, пытался затормозить, но...я еще не очень хорошо вожу...и...
- Не волнуйся – Вероника взяла его руку и заглянула в глаза – я тебе верю, ты ни в чем не виноват, это случайность. К тому же здесь есть и моя вина, я должна была посмотреть по сторонам, а потом уже идти....- девушка мягко улыбалась и молодой человек, поневоле залюбовавшись на нее, тоже улыбнулся

- Вероника, идем, тебе не о чем с ним разговаривать – Андрес помог сестре спуститься, все это время Пабло наблюдал за ними.
- Милая девушка, да? – раздался рядом голос врача – сейчас такие редкость
- Да, красивая....
- Странная штука судьба, правда?
- Что? – Пабло повернулся к тому месту, где стоял мужчина, но его уже не было...

Вернувшись вечером домой, Моника просматривала договора, которые необходимо было подписать, но т.к. Хорхе не появился на работе, Моника взяла это на себя. В этот момент в дверь позвонили, женщина недовольно покосилась на дверь, в очередной раз, пожалев, что уволила горничную. Немного подождала надеясь, что быть может незваный гость уйдет сам, но позвонили еще раз настойчивее. Моника вздохнула и пошла открывать. Подойдя к двери, она заглянула в глазок и ухмыльнулась:
  - Я сегодня тебя не ждала.... – сказала она, распахнув входную дверь.