1 серия:

Восемь обнажённых мужчин приходят в себя на деревянном причале острова Гаспар. Руки и ноги скованы кандалами — грубыми, тяжёлыми, с зазубринами, въевшимися в кожу. На шее у каждого — выжженная татуировка в виде цепи. На запястье — электронный браслет, пульсирующий тусклым красным светом. Вдалеке, разрезая утреннюю дымку, уходит корабль — единственное, что связывало их с материком. Память — белый лист.
— Где я?! Что... что это?!, - произносит, приходя в себя, мажор Самуэль Агирре, не понимая, что происходит.
Он оглядывает себя. Видит кандалы. Видит своё голое тело. Видит остальных — семь фигур, таких же беспомощных, как он. Его лицо искажается гримасой ярости. Он обращается к парням, лежащим рядом:
— Вы! Кто-то из вас! Это подстава! Вы меня сдали!, - спрашивает Самуэль, выходя из себя.
Он вскакивает и с кулаками бросается на ближайшего — на Эдуардо Солиса. Тот не успевает среагировать — Самуэль впечатывает кулак ему в скулу. Эдуардо падает, кандалы лязгают о дерево. Самуэль нависает над ним, занося кулак для второго удара.
— Остынь. Ты ничего не добьёшься, если перебьёшь всех по очереди, - произносит Дарио Вильясана, пытаясь успокоить Самуэля.
— Ты кто такой, чтобы меня останавливать?! Ты знаешь, кто я?! Я — Самуэль Мендонса! Мой дядя владеет половиной Майами! А ты…
— Я не знаю, кто ты. И ты сам не знаешь, кто ты. А твоего богатого дядюшки здесь нет!!!
Самуэль замирает. Он пытается вспомнить — и не может. В голове — пустота и гул, как от помех.
— У меня… у меня на груди шрам. Старый. Откуда он?, - приходя в себя, хрипит Хоакин, пытаясь вспомнить хоть что-то
— У меня тоже, - произносит Пабло Агирре, который, как и все остальные, не помнит ничего.
Он проводит по шраму на груди. Рваный след, похожий на удар ножом. Кожа вокруг него всё ещё чувствительная, будто рана зажила, но не до конца.
— Это не просто наручники. Это… «Стелс-М5». Я такие видел на выставке в Майами. Система слежения и подавления воли. Их ставят на особо опасных…, - произносит Херардо Альяга, разглядывая атрибуты, которые были одеты на нем.
— И откуда ты такой умный? Ты же ничего не помнишь!, - спросил его Самуэль, - Или, может, ты притворяешься, что ничего не помнишь??? Может быть, вы все притворяетесь???
— Я не помню, кто я. Но я помню этот браслет, - произносит Херардо, - Господи, что происходит??? Почему я оказался здесь, на этом чертовом острове???
— Сейчас не время причитать, - произносит Эдуардо, - Мы должны подумать, как мы будем выбираться отсюда… Ведь мы же не могли добраться сюда сами и ничего не помнить об этом??? Наверное, нас привезли сюда на корабле и выбросили здесь!!!
— Какой же ты умный, однако, - с язвительной улыбкой, присущей мажору, произносит Самуэль, - Раз уж на то пошло, то давай, придумай, как мы будем выбираться отсюда???
— Именно этим я и пытаюсь заняться, чёрт тебя подери, - недовольно произносит Эдуардо, - И если ты не будешь мне мешать, то я смогу найти решение как нам выбраться отсюда.
Вдруг среди тишины прозвучал голос Пабло:
- Каролина!!! Я помню имя – Каролина, - произносит Пабло, - Я не знаю, кто она, но я помню имя….
Троица мажоров, услышав имя, сами того не подозревая, встретились взглядами – именно так звали ту девушку. Дочь Андреса Ринкона, которую они изнасиловали и убили на пустыре в ту ночь, когда она отказалась ехать с ними… И Самуэля вдруг осенило: там был парень, который пытался защитить девушку, но он не помнил его лица.
Самуэль приближается к Пабло, но Эдуардо удается опередить его, он ставит Самуэлю подножку, и тот падает на горячий песок, пыль от которого попадает ему в глаза и в рот. Самуэль резко оборачивается:
— Ты… Что ты наделал, идиот??? Ты хоть представляешь, сколько стоит моя одежда??? Ты до конца жизни не расплатишься за неё…
— Остынь, парень, - произносит Эдуардо, - Никто из нас не виноват в том, что оказался тут… Мы все в одинаковом положении и должны сейчас думать только о том, как выбраться отсюда… Всё остальное давайте оставим на потом…
— Правильно, парень, - произносит Марселло Кинтеро, который до этого молчал, - Мы должны сосредоточиться и решить, как будем выбираться отсюда… И лучше сделать это как можно скорее…
В этот момент Дарио Вильясана, услышав подозрительный шорох, смотрит на джунгли. Наконец произносит низким, спокойным голосом:
— Там кто-то есть.
Все замолкают и оборачиваются. Джунгли — стена тёмной зелени — дышат. Ветер доносит запах гниющих листьев и чего-то ещё — металлического, сладковатого.
Первая волна страха накрывает их.
***

Майами, особняк Агирре. Гервасио Аригге стоит у окна. В руке — трубка. Его лицо — камень, но желваки ходят так, что, кажется, сейчас треснут скулы.
— Сеньор Гервасио..., - произносит следователь, который ведет дело Пабло, - его нет… Вашего крестника Пабло нет… Конвой разбит. Охрана мертва. Пабло Агирре исчез.
Трубка летит в стену. Кофе, стоящий на столе, опрокидывается, заливая бумаги, но Гервасио этого не замечает.
— Брэндон! Немедленно ко мне!, - произносит Гервасио, вызывая в кабинет одного из своих людей
Входит Рикардо - начальник службы безопасности. Высокий мужчина, с лицом, изрезанным шрамами, на котором не отражается ни одна эмоция.
— Это Андрес Ринкон, - произносит Гервасио, со всей силой стукнув кулаком по столу, - Скажи мне, Риккардо, кто ещё мог провернуть такое? У него деньги, у него связи, у него — зуб на моего крестника.
— Нашли машину конвоя, на которой вашего крестника перевозили в окружную тюрьму. Её буквально пулями изрешетили — как решето. Всё говорит о том, что это - работа профессионалов
— Мне плевать, кто они,-  произносит Гервасио, отдавая приказ своему человеку, - Немедленно привези мне Андреаса. Живым. Или мёртвым. Я хочу знать, куда они увезли Пабло.
Рикардо выходит. Гервасио смотрит на залитый кофе стол. Берёт фотографию в серебряной рамке — Пабло, ещё подросток, смеётся, обнимает Гервасио за шею.
— Я найду тебя, мальчик. Я обещал твоим родителям позаботиться о тебе, и сделаю всё, чтобы найти себя… Будь проклят тот час, когда я предложил тебе отправиться в клуб и немного развлечься… Лучше бы ты оставался в этот день дома, тогда бы ничего не произошло…
В этот момент на другом конце города Андрес Ринкон выходит из дома. Утро Майами — солнечное, чистое, почти стерильное. В руке — портфель из крокодиловой кожи. Под пиджаком — лёгкий бронежилет. Он привык к осторожности. Он делает три шага к машине. Первый — ничего. Второй — из микроавтобуса, припаркованного в двадцати метрах, выскакивают четверо. Третий шаг — охрана Андреса падает: одному — электрошок в шею, второму — удушающий.
Андрес хватается за пистолет под пиджаком, но его руку перехватывают:
— Какого чёрта?! Вы знаете, кто я?!
Ему не отвечают. Мешок на голову, удар под колени, и его заталкивают в микроавтобус. Дверца захлопывается. Машина срывается с места.
Внутри — темнота, тряска, запах бензина и пота. Андрес пытается говорить — спокойно, размеренно, как привык вести переговоры.
— Послушайте. Сколько бы вам ни заплатили — я заплачу вдвое больше. Вы даже не представляете, с кем связались. У меня люди в каждом департаменте Флориды. Меня нельзя просто так…
Удар в солнечное сплетение. Андрес сгибается пополам, теряя воздух.
— Молчи, — голос холодный, безразличный.
Микроавтобус останавливается. Андреса вытаскивают, ведут вниз по бетонным ступеням. Запах машинного масла, сырости, горелого металла. Завод.
С него срывают мешок. Перед ним — Гервасио.
— Здравствуй, Андрес, - произносит Гервасио, - Думаю, что ты догадываешься, почему оказался здесь??? Пропал мой крестник, Пабло Агирре… И я знаю точно, что ты имеешь отношение к этому.
— Ты с ума сошёл. Ты понимаешь, что это похищение? Ты труп. Ты и вся твоя шайка. Как только я выберусь отсюда, все вы отправитесь прямиком за решетку…
Гервасио подходит вплотную, в его руке сверкнул кастет:
— Где Пабло?, - спрашивает Гервасио, ударяя Андреса кастетом по лицу и разбивая его лицо в кровь, - Я тебя спрашиваю, Ринкон – где мой крестник, Пабло Агирре???
— Я не знаю, о чём ты, - произносит Андрес, - Признаюсь честно, я был бы рад тому, если бы твой крестник подох как собака. Думаю, что именно это с ним и произойдет в ближайшее время в окружной тюрьме
— Ты лжёшь, пёс проклятый, - произносит Гервасио, нанося очередной удар, - Ты прекрасно знаешь о том, что Пабло не доехал до окружной тюрьмы – на автомобиль, в котором он ехал, было совершено нападение, охрана и сопровождение были убиты, а Пабло исчез… Признайся, Ринкон, ведь это же ты всё организовал??? Говори, мразь, где мой крестник??? Куда ты дел Пабло Агирре???
— Даже если бы и знал — я бы тебе не сказал. Твой крестник — убийца моей дочери. Он получил по заслугам. И если он сейчас гниёт в каком-нибудь рву — слава Богу.
Гервасио молчит. Потом даёт знак. Двое мужчин сковывают руки и ноги Андреса кандалами. Тяжёлыми. Холодными. Такими же, как на острове.
— Ты скажешь мне. Все скажут. Вопрос времени. А пока я не узнаю всей правды, ты будешь находиться здесь… Аструбаль, забери у него телефон и отделайте его хорошенько… Преподайте ему такой урок, который он запомнит надолго.
- Ты пожалеешь об этом, Агирре, - улыбнувшись, произносит Андрес, - Можешь сколько угодно искать своего Паблито, ты всё равно его никогда не найдешь… Он там, откуда не возвращаются… Но больше, Гервасио, я не скажу ни слова…
Клуб "El Paraiso". Анибал стоит перед монитором в тесной подсобке клуба «Эль Парайсо». Рядом — Лучо, прыщавый технарь с бегающими глазами. На экране — чёрно-белая запись ночной парковки.
— Анибал, я не должен тебе это показывать, - произносит Лучо, обращаясь к своему другу. Твой отец, Кристобаль Мендонса, велел уничтожить все записи за ту ночь. Все до единой.
— Отец много чего велит, Лучо, - произносит Анибал, - Но я хочу увидеть это… Это может пролить свет на исчезновение моего кузена Самуэля.
Запись начинается. Парковка клуба. Люминесцентные огни. Тени.
На экране появляются трое — Самуэль, Хоакин и Херардо. Они выходят из клуба, шатаясь, смеясь. Они идут через парковку. Останавливаются. Рядом с такси стоит девушка — Каролина Ринкон. Она ждёт машину. Самуэль подходит к ней. Жест — приглашающий. Она качает головой — отказ. Шаг назад. Самуэль хватает её за руку. Она пытается вырваться. Хоакин и Херардо — рядом, блокируют пути отхода. Из дверей клуба выходит Пабло Агирре. Белая рубашка, расстёгнутый ворот. Он видит эту сцену. На секунду замирает. Потом идёт к ним. Пабло уже вклинивается между Самуэлем и Каролиной. Что-то говорит. Самуэль отвечает. Спор. Секунда — и Самуэль выхватывает нож! Удар, быстрый и точный, в грудь Пабло. Белая рубашка взрывается красным. Пабло хватается за грудь, оседает по стене, оставляя на ней кровавый след. Самуэль, Хоакин и Херардо заталкивают Каролину в машину. Потом возвращаются за Пабло — хватают его за руки, за ноги, швыряют на заднее сиденье поверх девичьих ног. Машина срывается с места.
Экран гаснет. В подсобке — тишина. Слышно только, как Лучо сглатывает.
— Бог мой… Анибал… Я… я не знал, что там такое, - произносит Лучо, схватившись за голову
Анибал шокирован не меньше, чем его друг:
— Теперь знаешь. И теперь, Лучо, мне понятно многое… Оказывается, мой кузен… Самуэль… он убийца.
— И что ты будешь делать дальше, Анибал??? Оставишь всё, как есть???
— Нет, Лучо… Я намерен узнать всю правду… Правду о том, что произошло в ту ночь в клубе и на пустыре, где была убита Каролина Ринкон… Нужно поднять материалы дела, Лучо… Что-то мне подсказывает, что тот парень… Как его там… Пабло Агирре… невиновен… И я докопаюсь до истины, даже если это мне будет стоить конфликта с отцом и свободы моего кузена Самуэля…
— Может, хватит уже о делах, Анибал???, - спрашивает Лучо, игриво улыбнувшись, - Поехали ко мне, время уже позднее… Проведем эту ночь вместе…
— Умеешь ты уговаривать, Лучо, - произносит Анибал, беря со стояла ключи от автомобиля и накинув пиджак, - Поехали!!!
Анибал и Лучо, выйдя из задния клуба, садятся в автомобиль Анибала и едут в «спальный район» Майами, где Лучо снимал квартиру:
— Проходи, Анибал, располагайся, - произносит Лучо, - Я пока пойду приготовлю для нас ванну… Она нам не помешает после такого тяжелого трудового дня… А потом – ужин и сразу «баиньки»
- Договорились, - произносит Анибал, - А пока ты готовишь ванну, я приготовлю что-нибудь на ужин… Надеюсь, хоть продукты-то у тебя какие-нибудь есть???
— Ну конечно, - доносится из ванной голос Лучо, - У меня есть… Макароны… Макароны… И ещё раз Макароны…
— Что ж, - произносит Анибал, - Тогда на ужин мы будем есть макароны…
Лучо входит на кухню:
— Ванная готова, «Мой Господин», - игриво произносит Лучо, - Предлагаю принять душ вместе…
— Согласен, дружище, - произносит Анибал,-  Слава богу, тут сейчас нет моего отца… Не думаю, что ему понравилось бы то, что бы он увидел сейчас…
— Ему не обязательно знать об этом, Анибал, - произносит Лучо, - Мы с тобой-  взрослые люди, и вправе распоряжаться нашей жизнью так, как мы этого хотим…
— Ты прав, как всегда, - произносит Анибал, - Просто я на минуту представил себе лицо моего отца, когда он узнает обо всем… Ну ладно, не будем о грустном… Идём скорее в ванную.
Лучо и Анибал, раздевшись догола, принимают душ, с улыбками и смехом намыливая тела друг друга. Дальше их ждал ужин, который приготовил Анибал, а потом они отправились в спальную, где отдаются любви и страсти, целуя и лаская обнаженные тела друг друга.

***
Каракас, Венесуэла. Палата. Белый свет. Запах антисептика и лекарств. Монотонный писк кардиомонитора. Дамиан медленно открывает глаза. Первое, что он видит — лицо отца. Альфонсо — седой, осунувшийся, с красными от недосыпа глазами.
— Папа?, - хриплым голосом, еле слышно произносит Дамиан, - Папа… Где я… Что произошло???
Альфонсо вздрагивает, услышав голос своего сына. Подойдя к нему, он хватает сына за руку.
— Сынок… Сынок! Ты… ты вернулся! Ты был в коме, ровно год, доктора говорили…,-  произносит Альфонсо, и из его глаз текут слёзы счастья.
— Где… где я?, - спрашивает Дамиан своего отца, - Что произошло, папа??? Я ничего не помню…
— Ты в клинике, Дамиан. Мы с тобой в Каракасе. Тебя привезли в эту клинику после взрыва на яхте. Ты помнишь?
Дамиан морщится, пытаясь вспомнить. В голове — обрывки: огонь, крик, чья-то рука, толкающая его за борт.
— Анхель… где Анхель? Амалия? Они…, - спрашивает Анибал, вспомнив имена своих друзей, - Папа, прошу тебя, ответь, что с ними??? Где мои друзья, папа???
Альфонсо отводит взгляд. Эта пауза длится секунду, но для Дамиана она — вечность.
— Их тела… не нашли, - спокойным голосом произносит Альфонсо, -  Взорвался двигатель. Мы искали, Дамиан. Мы подняли всё побережье. Но… вода глубокая, течение…
— Вы не нашли тела, - произносит Дамиан, глотая душащие его слёзы, -Но ведь это значит… Значит… они могли выжить.
Дверь открывается. Входит Линда — молодая женщина в белом халате, с тёплой улыбкой и уверенным взглядом. Подойдя к Дамиану, Линда обращается к Альфонсо:
— Сеньор Альфонсо, вы бы оставили пациента в покое на пару минут. Ему нужно привыкнуть.
Она подходит к постели, поправляет капельницу.
— Меня зовут Линда, - произносит, улыбнувшись, девушка, - Я ваша медсестра по реабилитации. У нас с вами, сеньор Дамиан, впереди много работы.
— Я должен встать, - произносит Дамиан, пытаясь подняться, но ноги не хотят слушаться его, - Я должен найти их… Я должен найти своих друзей…
— Дамиан, давай договримся, - произносит девушка твердо, - Сначала вы научитесь держать стакан воды, встанете на ноги. А потом мы вместе будем искать кого угодно. Договорились?
В этот момент Валерия, жена Альфонсо, сидит в ресторане на террасе с видом на горы. Напротив неё — Камилло. Мужчина лет тридцати, с хищным лицом и дорогими часами. Его рука — поверх её. Пальцы переплетены.
— Твой муж всё ещё торчит в больнице?, - спрашивает женщину Камилло
— Он не отходит от Дамиана ни на минуту…, - произносит Валерия, - Думает, что если моргнёт — сын снова впадёт в кому. Я уже устала, Камилло!!! Я устала оттого, что Альфонсо не обращает на меня внимания… Я его жена, а он постоянно думает только о Дамиане…
— Это нам на руку, любимая, - произносит Камилло, нежно целя руку женщины, - Чем больше он занят мальчиком, тем меньше смотрит на тебя.
— Ты не знаешь Альфонсо, - произносит Валерия, - Он хитрый. Он мог кого-то приставить следить за мной….
— Ты думаешь, я боюсь его шпионов?, - усмехнувшись, произносит мужчина, -  Пусть смотрят. Мне скрывать нечего.
— Кроме того, что ты спишь с женой своего друга, — раздаётся голос сзади.
Они оборачиваются. Леандро — друг Альфонсо — стоит в двух шагах, с бокалом виски и кривой усмешкой.
— Валерия, дорогая, ты даже не пытаешься быть осторожной, - произносит Леандро, присаживаясь за столик без приглашения, -  Ресторан, терраса, закат… романтика. Твой муж, между прочим, заплатил мне, чтобы я за тобой следил.
Валерия бледнеет. Камилло медленно встаёт.
— И что ты теперь сделаешь?, - спрашивает Камилло, - Наверняка, побежишь к нему?
— Ещё не решил, - улыбнувшись многозначительно, произносит Леандро, -  Может, я действительно всё расскажу Альфонсо, чтобы не потерять лучшего друга. А может… мы с вами сможем договориться.
Валерия смотрит на него — страх сменяется холодным расчётом.

***
Глава 4. Мадрид, Испания. Амалия приходит в себя. Солнце Мадрида пробивается сквозь жалюзи. Тёплая палата. Цветы в вазе. Амалия открывает глаза. Она ничего не понимает. Последнее, что она помнит — взрыв, холодная вода, и чья-то рука, сжимающая её запястье. Рядом с ней сидит Анхель Барьентос. Исхудавший, с тёмными кругами под глазами, с трёхдневной щетиной, но с улыбкой — улыбкой человека, который дождался.
— Привет… привет, красавица, - произносит Анхель, улыбнувшись, - Слава богу, ты пришла в себя…
— Анхель? Ты… ты жив?, - еле слышно прохрипела девушка.
— Я жив, - произносит Анхель, смеясь сквозь слезы, - А ты — очнулась. Ровно год, Амалия. Ты была в коме ровно год.
— Дамиан? Где Дамиан?, - спрашивает Амалия, - Анхель, я прошу тебя, позови его… Он ведь здесь??? Он ведь всё это время был рядом со мной???
Анхель замолкает. Смотрит в сторону.
— Дамиан… он в Каракасе, - произносит Анхель, взяв руку девушки, - В коме. Его нашли на обломках яхты. Он жив, Амалия. Почти год без сознания, но жив. Я говорил с его отцом. Альфонсо сказал… врачи дают надежду.
— Ты был здесь всё это время?, - спрашивает Амалия
— Всё это время, - произносит Анхель, - Я не мог… не мог тебя оставить. Ты же знаешь. Я обещал Дамиану.
Анхель был рад тому, что Амалия пришла в себя, но от этого у него проблем не стало меньше – нужно было как-то возвращать долг Федерико, мужу сестры, у которого он взял большие деньги, чтобы оплатить лечение Амалии. И в этот вечер Федерико назначил ему встречу. Анхель не мог не пойти – он понимал,что такой человек, как Федерико Ласкурейн, способен на всё.
Подвальный бар. Полумрак. Стол, за которым сидит Федерико — мужчина лет пятидесяти с лицом, напоминающим старую театральную маску. Рядом — два охранника. Входит Анхель. Он знает, зачем его позвали.
— Федерико, - произносит Анхель, подходя к мужчине, сидевшему за столом, -  Я принёс часть долга.
Он кладёт на стол конверт. Федерико не смотрит на него.
— Анхель, Анхель, - произносит Федерико, встав из-за стола, и, подойдя к Анхелю, похлопав его по плечу, - Ты хороший парень, Анхель Барьентос. Но ты плохой должник. Лечение твоей «погибшей» подруги стоило мне целое состояние. Клиника в Швейцарии, реанимация, оборудование… полмиллиона, Анхель. Ты отдал мне всего сто двадцать тысяч...
— Я отдам, - торжественно обещает Анхель, - Мне нужно ещё немного времени. Прошу тебя, Федерико, дай мне немного времени… Я обещаю, что в ближайшее время верну тебе всё…
— Время — это роскошь, которую ты не можешь себе позволить, Анхелито. Но я кое-что придумал. Я готов предложить тебе контракт, парень… Один год… Один год работы на меня, и ты будешь полностью свободен от своего долга… Ознакомься, Анхелито, и согласись, что это выгодное предложение… Поверь мне, люди ради денег и не на такое пойдут…
Анхель (открывает папку, просматривает — лицо мрачнеет):
— Это… Ты сошел с ума, Федерико??? Как прикажешь это понимать??? Нет, я не собираюсь заниматься этим… Даже не надейся на то, что я соглашусь на такое унижение…
— Ты тот, кто должен мне деньги, Анхелито. Выбор прост: контракт на год, или я устрою так что Амалия… Твоя дорогая Амалия, о которой ты заботился весь этот год и которая сегодня пришла в себя, выдя из комы – навсегда исчезнет из твоей жизни… Я сделаю так, что не будет никаких следов, а ты окажешься за решеткой по обвинению в её смерти… Решение принимать тебе, Анхель… Отработаешь год в борделе «La Bruja», расплатишься со мной сполна – и можешь ехать на все четыре стороны… Решать тебе, Анхель…
Тишина. Анхель смотрит на папку. Потом на Федерико. Потом — на фотографию Амалии, которую носит в нагрудном кармане.
— Я подпишу, - произносит Анхель, - Хорошо, Федерико, я согласен на твои условия… Позволь мне встретиться с Амаией и поговорить с ней…
— Никаких встреч, Анхелито, - произносит Федерико, - С того момента, как ты подписал этот контракт, время для тебя пошло.
Федерико подзывает к себе своих людей:
— Грузите его в микроавтобус и везите в бордель Маурисио Эскобара. Думаю, он будет рад такому подарку… И напоследок, Анхель, хочу предупредить – если ты посмеешь совершить какую-либо глупость, то тогда можешь навсегда проститься со своей дорогой Амалией. Я слов на ветер не бросаю… Весь этот год, пока ты будешь отрабатывать долг, я буду присматривать за ней…  при малейшей же твоей оплошности ты потеряешь её навсегда… Запомни мои слова, Анхелито…
Анхеля выводят из здания и сажают в микроавтобус, его руки сковывают кандалами, а на голову надевают черный мешок.
- Счастливого пути, Анхелито, - произносит Федерико, провожая взглядом уезжающий микроавтобус, - Алло, Маурисио, это Федерико Ласкурейн… Принимай новичка – скоро к тебе привезут одного парня, который подписал контракт на год. Я хочу, чтобы ты поставил ему самые жесткие условия… Никакого отдыха, никаких выходных – работа, работа и только работа…
- Договорились, Федерико, - произносит Маурисио, - Благодарю тебя за подарок, он будет как раз кстати…

***
Остров (воспоминания): Пабло Агирре вспоминает о той ночи, которая навсегда изменила его жизнь...
Дискотека «Эль Парайсо». Ночь. Неон вывески «Эль Парайсо» пульсирует синим и розовым. Из клуба доносится глухой ритм реггетона. Самуэль, Хоакин и Херардо вылетают из дверей — их вышвыривают охранники. Самуэль поправляет воротник рубашки, на лице — оскорблённая гордость.
— Руки убрал, быдло!, - произносит Самуэль, пытаясь оказать сопротивление, -  Ты знаешь, кто мой дядя?!
— Мне известно о том, что ты – племянник владельца клуба, Кристобаля Мендонса. Но это не дает тебе права вести себя так… Веди себя прилично, или вали отсюда вместе со своими дружками. Кстати, именно твой дядя приказал мне вышвырнуть вас из клуба за неподобающее поведение
— Сэм, пошли отсюда, - произносит Хоакин, один из дружков Самуэля, - Тут Они идут через парковку. Самуэль замечает такси. Рядом стоит девушка — Каролина. Длинные волосы, короткое платье, взгляд — гордый, независимый.
— Эй, красавица!, - произносит Самуэль, приблизившись к девушке и обняв её за талию, - Составишь компанию?
— Нет, спасибо, - холодно произносит девушка, даже не повернувшись в сторону парней.
— Ты даже не спросила, куда я тебя приглашаю, - произносит Самуэль, - Я и мои друзья хотим продолжения… Ты поедешь с нами…
Каролина отворачивается, достаёт телефон. Она набирает номер Дарио, водителя отца, который должен был заехать за ней…
— Дарио, это я, - произносит Каролина, - Можешь заехать за мной в клуб??? Да-да, клуб «El Paraiso». Хорошо, я жду тебя на парковке
Самуэль Он вырывает из рук девушки телефон и швыряет его в кусты, Каролина шокирована, она пытается вырваться из рук Самуэля.
— Ты вообще знаешь, кто я?, - спрашивает Самуэль, который не привык к тому, чтобы ему отказывали
— Да, я знаю. Ты - племянник Кристобаля Мендонса, владельца клуба. И мне плевать на то, чего хотите ты и твои друзья.
Самуэль хватает её за руку. Рывком разворачивает к себе. Он пытается затолкать её в машину. Каролина кричит, бьёт его свободной рукой. Из дверей клуба выходит Пабло. Белая рубашка, расстёгнутые манжеты. Он видит это. Секунда — и он уже бежит к ним.
— Отпусти её!, - кричит Пабло, пытаясь защитить девушку, - Я тебе говорю, парень – немедленно отпусти её…
— Не лезь не в своё дело, идиот. Ты не знаешь, с кем ты связываешься…
— Я сказал — отпусти, - продолжает Пабло, пытаясь вырвать Каролину из рук Самуэля и его дружков.
Самуэль отпускает Каролину. Делает шаг к Пабло. В руке — нож. Он появляется мгновенно — видимо, был в кармане.
Удар. Быстрый, точный, без замаха. Нож входит Пабло в грудь — между рёбер.
Пабло смотрит вниз, на белую рубашку, на которой расползается алое пятно. Он не кричит. Просто оседает по стене, оставляя на ней кровавый след. Самуэль стоит над ним, тяжело дыша. В глазах — не страх. Злость. Досада.
— Ты сам напросился, - с ненавистью произносит Самуэль, - Тебе не следовало лезть туда, куда тебя не просят…
Осознав, что произошло, Самуэль бросает нож. Поворачивается к друзьям, которые стояли неподалеку и были шокированы тем, что произошло.
— Заталкивайте их в машину. Обоих,-  отдает приказ Самуэль, - Поедем на пустырь…
Каролина кричит. Хоакин хватает её за волосы. Херардо поднимает Пабло — тот ещё жив, смотрит в небо мутными глазами. Их заталкивают на заднее сиденье. Машина срывается с места, колёса визжат.
Дарио, который приехал к клубу, не обращает внимания на только что отъехавший на большой скорости автомобиль. Он выходит из автомобиля и идет на парковку, чтобы найти Каролину. Он звонит ей на телефон, и слышит его звонок, он обнаруживает телефон в кустах. Неподалеку от этого места он видит большое бордовое пятно, похожее на кровь:
- Господи!!! Господи, нет, только не это!!! Каролина!!! Каролина, где ты??? Ответь, я прошу тебя…
В этот момент из клуба выходят охранники, которым Дарио показывает фотографию Каролины:
- Да… Да, эта девушка была здесь, мы её помним… Но она уже ушла, пять минут назад мы видели её на парковке… Простите, но мы больше ничем не можем помочь вам…
Дарио возвращается к автомобилю, он решает позвонить отцу Каролины, чтобы сообщить ему о том, что Каролина пропала:
- Простите, дон Андрес…, - произносит Дарио, - У меня плохие новости… Ваша дочь… Каролина… Она пропала…
- Что???, - разъярен Андрес, - Как прикажешь это понимать, Дарио??? Разве я не просил тебя присматривать за ней??? Что произошло???
- Я виноват, дон Андрес… Я привез Каролину в клуб, она хотела встретиться с друзьями и попросила меня заехать за ней через два часа… Минут пятнадцать назад она позвонила мне и попросила меня приехать… Когда я приехал, её уже не было… В кустах я обнаружил её телефон, а рядом с этим местом – большое пятно, похожее на кровь… Простите меня, дон Андрес… Умоляю вас, простите меня… Я вам обещаю, что найду её… Я переверну весь город, но найду её…